Аннотация
Пандемия COVID-19 привела к использованию разными странами небывалых ограничительных мер. Принуждение к самоизоляции, социальное дистанцирование, ограничение общения и передвижения, удаленный формат работы и учебы, локдауны, принудительная (по сути) вакцинация, обязательное ношение масок и перчаток, QR-коды, и необходимость тестирования – все это элементы новой реальности. Мы можем рассматривать такие меры как действия в чрезвычайной, критической, неопределенной ситуации, которая вынуждает человека к отказу от части своих прав и свобод ради спасения жизней. Однако наблюдаются различия по странам в плане строгости и продолжительности коронавирусных ограничений. Особенно серьезными оказались ограничения в странах Евросоюза и Дальнего Востока.
Азиатские страны уже имели опыт борьбы с подобными бедствиями. Кроме того, для них характерен ряд культурных черт, который способствует лояльному принятию и соблюдению норм новой реальности. Для западных стран ограничения вступают в противоречие с базовыми принципами свободы, устройства государства, соотношения частного и общественного. Отсюда возникает необходимость осмысления феномена продолжительного отказа от части прав, свобод и практик ради идеи личной и общественной безопасности.
В статье приводятся разные возможные трактовки наблюдаемого феномена: человечество становится альтруистичнее; христианские представления о нравственности способствуют идее самоограничения для пользы обществу; представление о высокой ценности человеческой жизни; большее доверие государству и его институтам. Наиболее продуктивным с точки зрения автора представляется рассмотрение роли распространения постматериалистского
дискурса в развитых странах. Идея отказа от части выгод и практик ради определенных идей и ценностей (экология, концепция устойчивого развития, разнообразие, альтруизм, социальная ответственность бизнеса и пр.) оказывается уже инкорпорированной в общественное сознание европейцев. Несогласие с этим дискурсом приводит к маргинализации ковид-диссидентов. Таким образом, в контексте пандемии COVID-19 дискурс постматериализма способствовал и введению, и принятию продолжительных чрезвычайных ограничивающих мер.
Азиатские страны уже имели опыт борьбы с подобными бедствиями. Кроме того, для них характерен ряд культурных черт, который способствует лояльному принятию и соблюдению норм новой реальности. Для западных стран ограничения вступают в противоречие с базовыми принципами свободы, устройства государства, соотношения частного и общественного. Отсюда возникает необходимость осмысления феномена продолжительного отказа от части прав, свобод и практик ради идеи личной и общественной безопасности.
В статье приводятся разные возможные трактовки наблюдаемого феномена: человечество становится альтруистичнее; христианские представления о нравственности способствуют идее самоограничения для пользы обществу; представление о высокой ценности человеческой жизни; большее доверие государству и его институтам. Наиболее продуктивным с точки зрения автора представляется рассмотрение роли распространения постматериалистского
дискурса в развитых странах. Идея отказа от части выгод и практик ради определенных идей и ценностей (экология, концепция устойчивого развития, разнообразие, альтруизм, социальная ответственность бизнеса и пр.) оказывается уже инкорпорированной в общественное сознание европейцев. Несогласие с этим дискурсом приводит к маргинализации ковид-диссидентов. Таким образом, в контексте пандемии COVID-19 дискурс постматериализма способствовал и введению, и принятию продолжительных чрезвычайных ограничивающих мер.
Язык оригинала | русский |
---|---|
Страницы (с-по) | 66-87 |
Число страниц | 22 |
Журнал | Reflexio |
Том | 15 |
Номер выпуска | 1 |
DOI | |
Состояние | Опубликовано - 2022 |
Предметные области OECD FOS+WOS
- 5.01 ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ